Что делать с «Боярышником»

Иркутская трагедия (там число жертв «Боярышника», который оказался метанолом, уже превысило 70 человек) взволновала и владимирцев тоже. Хотя бы потому, что от фальсификата и откровенной отравы не застрахованы и мы. И вот наш опрос: что делать со спиртосодержащими настойками, в том числе косметическими, которые используются в качестве выпивки? Римма Никитина, продавец: — Я только за полный запрет. А еще надо запретить алкоэнергетики и всю пластиковую тару независимо от объема. Дмитрий Орлов, разнорабочий: — Сделайте качественную водку по 100 рублей, сигареты по 50 рублей за пачку, зарплату не менее «тридцатки» — и никто травиться не будет, и деньги в бюджет морем потекут. Олег Никитин, прораб: — Я знаю об идее властей запретить спиртосодержащие растворы. Это очередная глупость. Отравление в Иркутске произошло не потому, что люди пили «Боярышник», а потому, что вместо «Боярышника» во флаконы был налит метанол. Так какой смысл запрещать в общем-то безобидную (если он из этилового спирта) настойку, если проблема не в ней, а в недобросовестности или преступном умысле производителя? Плюс алкоголиков запретом не вылечишь. Нужна культура в стране, достаток. Запреты никогда нигде не работают. Человек пьет от беспредела российского, от нищеты. Надо с причиной бороться, а не со следствием. Олег Никифоров, ветеринар: — Алкоголик найдет возможность выпить. Ему совершенно неважно, водку он пьет, коньяк или «Боярышник». Главная забота властей — чтобы это был все же этиловый спирт, а не яд метанол. Это работа для правоохранительных органов, а не для законодательных. Мария Силантьева.